Встретив загадочное выражение «Срамная Присушка»‚ иной исследователь тут же подумает о низковиковой «неприличной» сказке.
На деле‚ слово срам у славян – это не только «стыд»‚ но и общеупотребительное обозначение низших природных начал (земля‚ тлен‚ вода‚ женское тело).
При-сушка же – это уменьшительно-пестрительная форма к приса («то‚ что присосалось»)‚ и в фольклоре слово уже в XIX веке закрепилось за крохотной степной русалкой‚ способной к обратимому трансформированию в цаплю‚ траву или клочок грязной кожи.
Таким образом‚ образ Срамной Присушки – это собирательный портрет русалочьего духа низовой мифологемы‚ живущий на стыке «обряда идентификации грязи» и «обряда женского самосожжения чувств через унижение и очищение».
Три версии происхождения имени
- Топонимическая.
В северских говорах встречается топоним Срамница – небольшое овражное озеро. Местные предания гласят‚ что в полночь из камыша выходит девица кумкует: «Присосу–усу!». Литературный песенный вариант «чечеречка течет по песочку…» фиксирует тот же призыв‚ только уже без злого магического контекста. - Жанровая.
Ещё в дореволюционных экспедиционных дневниках Афанасьева встречается помета: «Присушка – бытовая небольшая русалочья повесть‚ начинающаяся c фразы “Отиде девка Срамная по утренней росе”». Считается‚ что именно к этому жанру восходят западно-русские распевки о «Тучке маленькой». - Интимно-еротическая.
Ритуальные песни русалочьей недели (троицкая седмица) на Кубани требовали от девушки символического “снятия своей водяной шкурицы». Рефрен «Я срамна‚ я присушкина» указывал на момент добровольного оголения‚ после которого наступает обрядовое очищение – «сжечь стыд‚ вырастет краса».
Сюжетная нить: «Кива-йо‚ мой сыра-кожа!»
Сюжет‚ распространённый в Слобожанщине и на Западном Дону‚ выглядит так:
- Кива-юноша (наивный сирота) получает приходящую язву после купели в “грязном ключе” – его кожа начинает шелушиться.
- Девицы отказываются за ним ухаживать‚ одна лишь «мнимая больная присушка» (в некоторых текстах – «Маруся-дурочка») вытирает его гнойные раны своими полами.
- Ночью он сбрасывает грязную шкуру‚ превращается в “богатырского красавца”; затем надевает перья белой цапли и улетает «показываться дамам».
- Присушка подсматривает‚ тайком сжигает грязную пелёнку-кожу; белые перья она прячет под юбку. Когда юноша возвращается “человеком”‚ девицы устраивают драку: «Кому быть с ним?» Вариант: если жена-«девка уборная» переоденется в надетую цаплиную шкуру‚ юноша набрасывает её на неё обратно‚ превращает в цаплю и уходит опять «в срамные заводи».
Ключевой двойственный мотив:
от грязи и стыда (“срам”) к очищению (“присса”) – через акт трансформации и самохватства кожи.
Распространение локусов (карта узлов сказания)
| Регион | Названия духа | Что сгорает |
|---|---|---|
| Кубань-Тамань | Присушка-ряба‚ Речка-грязнёчка | грязная юбка «срамка» |
| Слобожанщина | Кива-срамница | рубаха-шкура кума |
| Бессарабия | Присяка-лопушка | кожа цапли (мачеха прячет под полу) |
| Верхнее Подонье | Руянка | топор «щекотуха» – “живет в ране юноши” |
Корпус текстов для первоисточников
Старообрядческая легенда (запись 1873 г.‚ с. Новоспасское‚ Воронежская губ.)
«И кивал он – молодец‚ да ранен был в душу и в тело – и стоит воротится Присушница Срамная позади церкви: «Присосусь‚ присосусь‚ свой запой продлю я в полусне…»»
Песенная вариация (Нижне-Донская перепись Рылеева‚ 1919)
Течет речечка по песочку‚
А за речечкой Срамная Присушка‚
За коромыслом грязные слёзы‚
Сожгла – ни шкура‚ ни парень‚ ни волосы.
Архаика в семафорных деталях
- Перо белой цапли – символическое «перо женственности»‚ хранящейся под юбкой‚ впоследствии станет ритуальной «поющей косой».
- Грязная кожа – навсегда соединена с архаическим понятием нечистой плоти-срамоты‚ которую можно «сжечь в огне огненных соловьёв» (обрядовый костёр на Ивана Купалу).
- Колдовская драка девок за «одного красеня» – реконструирует древнерусские игрища во время Русалий (когда девушки дрались у купальского огня “за удачливого жениха”).
Современные поля исследований
- Фольклор на периферии. В ленинградских сборниках 1970-х гг. отмечена гибридная форма: Присушка выступает «простоволосой» учительницей‚ которую ученики «сжигают» на выпускном костре после школьного спектакля – современная театрализация древней трагедии очищения.
- Гендерный фронт. Крымскотатарские инициативные группы в 2022 г. вернули обряд «къызлар күн тойи» (День девочек) с элементами русалочьего «сноса кожи» – после купели девственницы выбрасывают волосатые головешки как символ «весто-срама».
- Интернет-мемы. В TikTok начал распространяться челлендж #SramnaPrysu4kaChallenge‚ где девушки снимают маски-пелёнки в соляных комнатах‚ сопровождая видео купалосскими напевами.
Контакты для обращений
- Фольклорно-этнографический центр «Русалка» при Институте славяноведения РАН
Интернет-приёмная: rusalka-in@slavran.ru - Вена-Славистика: Гетё-Лаборатория славянской мифологии
Адрес: Dr.-Karl-Lueger-Ring 1‚ 1010 Wien‚ Österreich
E-mail: slav.myth@univie.ac.at
Тел.: +43-1-4277-43011 - КиберЛенинка – поисковый индекс научных статей по фольклору (фильтр «Японские сказания о Минамото-но Ёритомо» для сравнительного анализа)
https://cyberleninka.ru/article/n/slochens - Информационный ресурс Slavic Mythology (SlavicMyth.com)
Контакт для СМИ: press@slavicmyth.com
Мы продолжаем (сегодня 10:05:34) следить за трансформацией древней мифологемы не только в традиционных сообществах‚ но и в цифровых народных практиках.
Если у вас есть новые записи или видеоматериалы о ваших местных «Срамных Присушках»‚ делитесь нами с контактами выше – каждая линия‚ как и кусочек «сожжённой кожи»‚ может оказаться недостающей мозаикой к картине большого ритуала женского очищения.